10.08.2016
КИТАЙ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ: ПРИШЕЛ, УВИДЕЛ, ПОБЕДИЛ

На современном этапе все большее влияние на ход мировых событий оказывают страны с быстро развивающейся экономикой, которые добиваются изменения сложившейся финансово–экономической системы. Одной из таких стран является Китай: Поднебесная укрепляет свои позиции сразу в нескольких регионах, в том числе в Центральной Азии, приобретая все больший вес в международных делах.


Во время существования СССР особых контактов между Китаем и Центральной Азией не наблюдалось. Внешнеэкономическая деятельность союзных республик была ограничена единым централизованным управлением, которое осуществлялось исключительно через общегосударственные бюрократические структуры.


После распада Советского Союза страны Центральной Азии стали самостоятельными субъектами международных отношений. Подъем «железного занавеса» открыл Узбекистану, Туркменистану, Таджикистану, Киргизии и Казахстану путь к интеграции в мировое хозяйство. Эти страны сразу привлекли внимание мировой общественности, поскольку, по словам Збигнева Бжезинского, здесь возникла «геополитическая черная дыра».


Заинтересованность Российской Федерации в развитии и поддержке Центрально-Азиатского региона (ЦАР) в тот период сводилась к минимуму. Одновременно там возрастало влияние Запада и КНР. Тем не менее Запад с характерными для него политическими порядками не вызывал достаточного доверия.


Китайская же культура в совокупности с тонкостью китайской дипломатии была близка странам Центральной Азии: Китай не стремился и не стремится к господству в регионе или навязыванию своей воли правительствам республик. Он не пытается вмешаться во внутренние дела соседей и склонен к решению любых вопросов путем переговоров.


Тем самым Китай удачно воспользовался открывшимися возможностями и стал налаживать дипломатические отношения со странами ЦАР, увеличивая экономическое и политическое влияние в регионе. Особый интерес Китая вызывали ресурсы ЦАР как материал для наращивания производства.


Однако проникнование Китая в Центральную Азию на первых порах всё же тормозилось: повсеместное падение коммунистических режимов в 1990-х годах заставило КНР направить все усилия на поддержание спокойствия внутри страны. Поэтому главной целью внешней политики Китая в этот период было создание «пояса стабильности». В соответствии с концепцией реформ Дэн Сяопина 1990-х годов Китаю следует «вести себя скромно», «хладнокровно наблюдать», «не претендовать на лидерство», «крепко стоять на ногах» и «выжидать в тени».


Придерживаясь «стратегии выжидания», Китай начал формировать договорно–правовую базу отношений, признав одним из первых независимость стран ЦАР и установив с ними дипломатические отношения в 1992 году. Главными направлениями внешней политики стали безопасность и экономическая сфера.


К середине 1990-х годов Китай кардинально пересматривает свою внешнюю политику в связи с ситуацией вокруг Тайваня, столкновением китайско–американских интересов и финансовым кризисом 1997–1998 годов в Юго-Восточной Азии. Перечисленные события показали Китаю, что если не предпринимать более активных действий в отношениях со странами ЦАР, то он не сможет добиться успехов в экономическом развитии и эффективно противостоять формированию однополярного мира под эгидой США. В этот период в Китае начинает складываться внешнеполитический курс «профилактики опасности».


В свою очередь, стратегия «выжидания» сменилась стратегией «медленного проникновения» в Центральную Азию. Значимость региона возрастала по мере обострения таких вызовов, как необходимость обеспечить безопасность и экономическое развитие приграничных территорий самого Китая. Так, на вторую половину 1990-х годов пришелся пик активности экстремистских группировок в Центральной Азии. Больше всего Пекин беспокоили уйгурские организации, которые активнее других действовали на территории Центральной Азии и оказывали влияние на сепаратистское движение в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР) КНР.


Как результат, к концу 1999 года под контролем китайских властей было налажено взаимодействие с республиками ЦАР по линии спецслужб. Имея общую границу с Казахстаном, Киргизией, Таджикистаном, Китай постепенно превращался в гаранта безопасности как в пограничных районах, так и в во всем регионе.


К тому же в середине 1990-х годов было подтверждено наличие запасов нефти и газа на территории Центральной Азии, вследствие чего экономическая и энергетическая значимость региона увеличилась, в том числе в контексте развития приграничных зон. В связи с этим на V пленуме ЦК КПК 14-ого созыва в сентябре 1995 года генеральный секретарь Цзян Цзэмин озвучил решение по ускоренному развитию западных районов Китая. Затем, в январе 2000 года, заседание Госсовета КНР принимает стратегическую концепцию «Большое освоение Запада».


В этот период Пекин активизирует экономические отношения с центральноазиатскими государствами. Во второй половине 1990-х товарооборот с ЦАР увеличился в два раза, а Китай постепенно начал расширять политику «энергетического придатка». Она состояла в том, что из Центральной Азии импортировалось химическое сырье, черные и цветные металлы, энергоносители, а экспортировались товары широкого потребления.


После событий 11 сентября 2001 года центральноазиатское направление стало рассматриваться Китаем как ключевое звено глобальных внешнеполитических усилий. Китай опасался, что США могут направить ситуацию в Центральной Азии в неблагоприятное для Поднебесной русло. Во-первых, политика США могла стать катализатором дестабилизации в СУАР. Во-вторых, американское проникновение в Центральную Азию могло переформатировать регион в политической, военной и экономической сферах, что было крайне невыгодно Китаю. Китайская экономика набирала мощь, поэтому доступ к сырьевым ресурсам региона и его транзитным возможностям был очень важен для КНР.


Тогда Китай «вышел из тени»: в условиях стремительного роста экономики ему удалось успешно задействовать свои ресурсы для реализации в ЦАР ряда экономических проектов. Китай стал проводить политику экспансии, выкупая ведущие энергетические и нефтедобывающие компании Центральной Азии, тем самым обеспечивая «подушку безопасности» для своей экономики в будущем. Это направление было выбрано неслучайно: для стран Центральной Азии Китай – это в первую очередь рынок сбыта минеральных ресурсов и энергоносителей.


Закономерным образом увеличивались и объемы торговли Китая со странами Центральной Азии: за период с 2001 по 2013 год она выросла в 40 раз. В итоге КНР закрепилась как один из крупнейших торговых партнеров стран региона и со временем будет только увеличивать свое влияние и оказывать центральноазиатским соседям все большую экономическую поддержку.


Другим аспектом наступательной политики Китая, которая позволила ему укрепить свои позиции в регионе, стала Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), где КНР занимает лидирующее положение. Китайские эксперты считают: «ШОС позволяет КНР… быть активным игроком, способным оказывать возрастающее влияние на формирование будущей системы региональной безопасности в Центральной Азии».


Итак, если в 1990-е годы вопросы безопасности были ключевыми для стран Центральной Азии, то сегодня безопасность и экономическое сотрудничество занимают равное положение в рамках их повестки дня. При этом интересы этих республик остаются исключительно региональными.


Для Китая же, напротив, глобальная политика вышла на первое место. Такое несоответствие уровня приоритетов является еще одной характеристикой ассиметричных отношений КНР и государств Центральной Азии, где влияние Пекина со временем будет только усиливаться.Источник


Редакция портала China-INC.ru, 10.08.2016 г.
Политика / 1256 / Writer / Теги: экономика, внешняя политика / Рейтинг: 0 / 0
Всего комментариев: 0
avatar
Похожие новости: